Декades океанские «зайцы» (путешественники, использующие других животных для перемещения) считались безобидными или взаимовыгодными. Прилипалы — небольшие рыбы с присоской на голове — обычно путешествуют на акулах, китах и мантовых скатах, очищая их от паразитов. Это создавало впечатление сотрудничества. Однако новые исследования ставят под сомнение эту идиллическую картину: прилипалы могут вести себя навязчиво, потенциально вредоносно и паразитически.
Пугающее открытие
Исследование под руководством Эмили Йегер, кандидата наук из Университета Майами, документирует поразительное поведение: прилипалы проникают в клоаку мантовых скатов. Клоака — это многофункциональное отверстие, используемое для размножения, выведения отходов и выделения.
Открытие произошло случайно, когда свободный ныряльщик напугал обыкновенную прилипалу (Remora remora ) рядом со взрослым атлантическим мантовым скатом (Mobula yarae ). В ответном или выгодном движении рыба быстро скользнула в клоаку ската. Скат отреагировал видимым дистрессом, содрогнувшись, прежде чем продолжить плавание с рыбой, застрявшей внутри.
«Моя первая реакция была смесью удивления и ужаса — это потрясающе, что прилипалы могут так делать, но я предполагаю, что скату это совсем не доставляет удовольствия», — говорит Дэвид Шиффман, независимый биолог-консерватор, не участвовавший в исследовании.
За пределами «безобидного» «заячества»
Исторически учёные классифицировали отношения между прилипалами и их хозяевами как мутуализм (обе стороны выигрывают) или комменсализм (одна сторона выигрывает, другая не страдает). Предполагалось, что прилипалы оказывали услугу по очистке, делая их полезными спутниками.
Находки Йегер показывают, что эта точка зрения устарела. Проникая в чувствительные внутренние полости, прилипалы могут вызывать:
* Физические повреждения или дискомфорт у хозяина.
* Повышение энергетических затрат, так как было зафиксировано, что мантовые скаты выпрыгивали из воды или терлись о песок, чтобы вырвать рыбу.
* Потенциальное вмешательство в размножение, учитывая место проникновения.
«Если посмотреть на изображения и видео прилипал, ползущих по попам скатов, это может быть не безобидные отношения», — отметила Йегер. «Способность ската удалить прилипалу, вероятно, практически отсутствует».
Распространённое, но скрытое явление
Хотя такое поведение звучит экстремально, данные, собранные учёными-скатогами по всему миру, показывают, что оно более распространено, чем думали. За 15 лет учёные зафиксировали семь случаев проникновения прилипал в клоаки скатов трёх разных видов (M. yarae, M. birostris и M. alfredi ) как среди молодых, так и взрослых особей. Эти инциденты происходили в разных океанах — от Мальдив до Флориды.
Ранее были намеки на подобное поведение — например, маленькие прилипалы находили в жаберных полостях саблезубых тунцов или в клоаке китового акулы, — но это первое комплексное документирование практики у мантовых скатов. Редкость наблюдений, вероятно, объясняется сложностью фиксирования таких частных внутренних взаимодействий в дикой природе.
Переосмысление симбиотических отношений
Выводы исследования распространяются за рамки прилипал и мантовых скатов. Йегер утверждает, что симбиотические отношения следует рассматривать не как жёсткие категории, а как континуум. Подобно человеческим семейным динамикам, где отношения могут меняться от поддерживающих до конфликтных, экологические партнёрства, вероятно, варьируются по природе в зависимости от контекста и поведения.
«Это свидетельство большей степени паразитических отношений, что ново для нашего понимания того, что это за отношения и как они функционируют в дикой природе», — пояснила Йегер.
Заключение
Это исследование заставляет пересмотреть одну из самых знаковых симбиотических пар океана. То, что ранее считалось безобидным или выгодным «заячеством», на самом деле может быть навязчивым паразитическим взаимодействием. По мере того как учёные продолжают наблюдать за этими сложными динамиками, становится ясно, что партнёрства в природе гораздо более нюансированы — и иногда uncomfortable — чем предполагалось ранее.
